Биография Сергея Королева

Сергей Павлович Королев – легендарный советский конструктор, совершивший беспрецедентный научно-технический прорыв и подаривший миру космос, создатель ракетно-технической техники.

На фото: Сергей Павлович Королёв

Его наследие сложно переоценить. Но славы при жизни он не удостоился, его имя долго было засекреченным. Юрию Гагарину рукоплескал весь мир, а гений, обеспечивший его запуск, смотрел парад в честь полета не с главной трибуны, а по телевизору. Он мог стать Нобелевским лауреатом – за впервые в истории произведенный запуск спутника и за полет в космическое пространство человека. Однако имя создателя «звездных кораблей» при выдвижении кандидатов Никита Хрущев не сообщил, декларировав, что «их творцом был весь советский народ».

Сегодня же имя Сергея Королева носят космические объекты, город в Подмосковье, множество учреждений и улиц, а благодаря существованию космических спутников работают системы навигации, доступные каждому автомобилисту, мобильные телефоны, позволяющие позвонить в любую точку Земли, интернет, доступный в отдаленных уголках планеты, телевизоры, транслирующие каналы со всех разных концов света.

«Гвозди 6 делать из этих людей»

Какой была жизнь с Сергеем Павловичем Королевым? Самым правильным ответом будет, наверное, — «полной суровых будней». Это в юности он был ухажером-праздником, который ради первой жены стоял на руках и делал пируэты в воздухе на самолете. Теперь же это был загруженный под завязку человек, выполнявший высокую государственную миссию.

Будущий главный конструктор советских космических кораблей мало бывал дома. Он был суров, он говорил с супругой, главным образом, о проблемах на работе. А ведь Нина была молода, ей хотелось праздника, веселья, интересного общения. Они часто ссорились. Но, как позже вспоминала сама Нина Ивановна Королева, Сергей Павлович всегда сам приходил мириться. Он мог быть и участливым, и нежным, и внимательным. Просто его главной любовью, страстью, увлечением была работа. Труд на благо Родины.

Сегодня малопонятно, как человек может гореть на работе не ради выгоды для себя или для собственной семьи, а ради победы в соревновании двух политических систем. Для прогресса человечества, в конце концов. Сейчас нет плеяды героев труда, порожденных социалистической системой. А Королев был из тех, про кого поэт Николай Тихонов написал: «Гвозди б делать из этих людей». Впрочем, работой конструктор спасался от грустных мыслей и воспоминаний, которых научили его бояться власти. Коллеги помнили, как он говаривал, если что-то шло не так: «Шлепнут нас за это без некролога!»

Главный конструктор гораздо больше внимания уделял своей работе, чем семье. На фото с Валентиной Терешковой, Юрием Гагариным и Валерием Быковским.

Нина редко его видела и сердилась. Выходной был один — воскресенье. Коллеги не узнали бы в воскресном — Сергее Павловиче своего сурового, требовательного начальника. В дни отдыха он мало разговаривал, до полудня валялся в постели, почитывая газетку. Жена опять расстраивалась. Она, конечно, понимала, как муж устал. Но Нина была молода, а с ней жил немолодой, усталый и скучный мужчина. Детей у них не было.

Ранние годы

Великий покоритель космоса родился 12 января 1907 г. в Житомире, на северо-западе Украины, в семействе преподавателя-филолога Павла Яковлевича, уроженца белорусского Могилева, и Марии Николаевны, родом из украинского Нежина. Вскоре они перебрались в Киев.

Житомир — родина Сергея Королёва

Когда сынишке исполнилось 3 годика, мама занялась учебой, а он стал жить у бабушки с дедушкой в Нежине, где впервые увидел полет аэроплана. В этот момент у него и пробудился интерес к воздухоплаванию. В пять лет он самостоятельно склеил модель самолета, в шесть с восхищением наблюдал рекордный групповой (из трех воздушных суден) перелет Киев-Остер-Козелец-Нежин-Киев, возглавляемый военным летчиком Петром Нестеровым, и демонстрационные показы возможностей машин и летного мастерства авиатора Уточкина.

Сергей Королёв в детстве

В 1914 родители забрали сына в Киев. В 1916 их брак был расторгнут, через год Сережа с мамой и отчимом-инженером уже проживал в Одессе. Обстановка в обществе была напряженной из-за грянувшей Гражданской войны, и школьную программу мальчик постигал дома. Он не оставил своего увлечения авиационной техникой – постоянно пропадал на Базе гидросамолетов порта, старался быть полезным механикам, поднимался и в небо.

Образование

С 1922 Сергей стал учащимся стройпрофшколы, дающей высокий уровень знаний – ее выпускников принимали в вузы без вступительных испытаний. В 1923 вместе с отчимом, помогавшим ему переводить статьи авиационных журналов с иностранных языков, Королев вступил в Общество авиации, стал читать профильные лекции и доклады, организовал на заводе секцию планеризма. Параллельно он подготовил проект собственного летательного аппарата К-5.

Сергей Королёв в молодости

В 1924 юный изобретатель стал студентом Киевского политеха, где проявлял неординарные способности, строил планеры, добиваясь максимальной дальности их полетов. Он также начал посещать курсы инструкторов планерного спорта.

После упразднения аэромеханического направления в КПИ в 1926 он перевелся на отделение аэромеханики в МВТУ. Наибольший интерес он теперь проявлял к изучению пилотирования самолетов, возможностям освоения стратосферы, высокоскоростным полетам на большой высоте. Вскоре он начал совмещать обучение с работой в КБ Всесоюзного авиаобъединения, а в 1928 возглавлял бригаду его конструкторов.

Сергей Павлович Королёв

В 1929 он был среди энтузиастов Всесоюзных планерных соревнований в Коктебеле, заработав свидетельство пилота. В тот же период, после знакомства с трудами Константина Циолковского о космосе и встречи с гениальным ученым, он окончательно заразился идеей строительства ракет.

В 1930 он получил в МВТУ диплом инженера-аэромеханика, защитив работу по созданию СК-4, впоследствии запущенного в производство (руководителем его был Андрей Туполев), а также квалификацию летчика в Осоавиахиме.

Развитие карьеры

В 1931 молодой специалист трудился в ЦКБ одного из столичных авиазаводов. Спустя пару месяцев он перешел в Центральный аэрогидродинамический институт. Затем, будучи старшим инженером ЦАГИ, он занялся также исследованиями принципов работы реактивных двигателей в созданной совместно с изобретателем Цандлером и при содействии Осоавиахима организации ГИРД, где под его началом были испытаны первые в СССР баллистические ракеты на жидком топливе. По итогам достижений такого масштаба он получил нагрудный знак Осоавиахима «За активную оборонную работу».

Сергей Королёв (крайний справа) за работой

В 1933 на базе их группы и профильной лаборатории из города на Неве учредили РНИИ Наркомата тяжелой промышленности. В данном институте 26-летний инженер-конструктор получил пост замдиректора по научной работе и категорию дивизионного инженера, то есть, генеральское звание. Однако спустя год за несогласие с руководством по ряду рабочих моментов его освободили от высокой должности. Он сосредоточился на разработке новейших вооружений, создав новаторские типы ракет.

Конструктор

Сергей Королев оказался не только талантливым конструктором, но и организатором, сумевшим скоординировать работу всех подразделений.

Освоение вершин военной техники началось с создания ракеты с дальностью 300 км. В 1948 создается ракета Р-2 с дальностью 600 км, способная достичь некоторых американских баз. В результате дальнейших разработок появляется РДД Р-5М с дальностью 1200 км и ядерной боевой частью. Испытания стратегической ракеты проводились на Семипалатинском полигоне 2 февраля 1956 года.

Сергей Королев | HSL

Основным направлением Королева была разработка многоступенчатых межконтинентальных ракет. Созданная им баллистическая ракета (МБР) Р-7 имела дальность 8 тыс. км., модернизированный вариант МБР Р-7А – 12 тыс. км. Жидкостные МБР проигрывали американским твердотопливным, поэтому была создана экспериментальная ракета РТ-1 на твердом топливе. Современные ракетные комплексы оснащаются твердотопливными ракетами, в основе которых МБР РТ-2, созданная Королевым.

Трудные годы

В 1938 выдающийся «космический отец» был обвинен в диверсионно-террористической деятельности. Королев работал над пороховой крылатой торпедой с фотоэлементами, которые в текущих условиях не могли быть изготовлены. Конструктора обвинили в нагрузке производства заведомо непригодными для государства проектами, ущерб был оценен в 120 тысяч рублей.

В 1938 году Королев был арестован и осужден на 10 лет тюремного заключения

Королев был арестован и осужден на 10 лет тюремного заключения с конфискацией имущества. На допросах с пристрастием его избивали до сотрясения мозга и сломанной челюсти. Но его считали «счастливчиком», ведь многих руководителей РНИИ тогда расстреляли.

В 1939 конструктора вывезли копать золото на Колыму, где он едва не умер от голода, холода и цинги. Мать и друзья хлопотали о пересмотре дела, и в конце того же года добились решения о доставке ученого обратно на Большую Землю для дополнительного расследования. На пути в Магадан в 40-градусный мороз в судьбу изобретателя снова вмешалось провидение, когда он, замерзший и голодный, нашел на снегу теплую буханку хлеба, а затем не смог попасть на последний перед закрытием навигации пароход «Индигирка». Это расстроившее его чуть не до слез обстоятельство в действительности спасло ему жизнь – судно на четвертые сутки пути затонуло с пассажирами и экипажем в шторм в Японском море.

Сергей Королев: почему академик ненавидел золото В столицу он добрался в марте, был повторно судим, получил 8 лет с отправкой в местную спецтюрьму, где смог работать в любимой сфере деятельности под началом осужденного Андрея Туполева. Они выпускали прогрессивные бомбардировщики, а Королев по собственной воле трудился над разработкой ракет. В июле 1941 их эвакуировали в Омск.

Узнав о проектировании ракетных систем в аналогичном КБ при авиазаводе в Казани, где главным конструктором являлся его бывший коллега по РНИИ Валентин Глушко, экспериментатор обратился с ходатайством о пересылке в Казань. Осенью 1942 он прибыл в татарскую столицу и уже зимой представил план по созданию реактивного ускорителя для пикирующего бомбардировщика Пе-2.

В 1944 году Королёв был досрочно освобождён по приказу Сталина

В 1944 стало ясно, что победа в войне близка, а заниматься разработкой авиационной техники будет некому – все высококвалифицированные конструкторы сидят по тюрьмам. Тогда Лаврентий Берия обратился к Иосифу Сталину с предложением досрочно освободить со снятием судимости ряда талантливых заключенных. Председатель Госкомитета обороны дал свое согласие, и Королев получил свободу.

Ракетостроение

В 1945 высококлассного специалиста удостоили ордена «Знак почета», он получил должность старшего преподавателя в Казанском авиационном вузе и был откомандирован в звании подполковника в ГДР для заимствования лучших идей конструкций немецкой ракетной техники. Спустя год его назначили ведущим инженером созданного в немецком Нордхаузене института по анализу «Фау-2». В 1948 он приступил к испытаниям сделанных по их образцу Р-1. С 1950 года, после устранения выявленных в ходе учебно-боевых пусков недостатков, они были приняты на вооружение и надежно защищали страну.

В 1945 Королёва удостоили ордена «Знак почета»

Затем Сергей Королев успешно занимался оптимизацией, проектированием и испытанием различных вариантов крылатых ракет (двухступенчатых, межконтинентальных, стратегических, наземного, морского базирования и пр.), координацией работ предприятий-участников их производства, действий ученых по их созданию (как глава Совета главных конструкторов) и стремился к покорению космического пространства.

В 1955 вместе со своими сподвижниками Мстиславом Келдышем и Михаилом Тихонравовым ученый вышел в верха с предложением о выводе в околоземное пространство искусственных тел. Их идею одобрили, и в 1957 Королев провел запуск посредством ракеты-носителя первого искусственного спутника планеты. Это событие имело в мире колоссальный успех, повысив авторитет страны.

В 1957 Королев провел запуск первого искусственного спутника планеты

Затем конструктором проводились работы над космическими летательными аппаратами для научных исследований межпланетной среды и прикладных задач – был осуществлен пуск ракеты к Луне, доставка на нее вымпела СССР, съемка поверхности и невидимой стороны, отправка межпланетной станции на Венеру и к Марсу.

Одновременно велись изыскания по подготовке первого полета человека в космос на пилотируемом корабле, блестяще реализованного ученым в 1961 году и ставшего эпохальным событием для всего человечества. При его жизни были успешно проведены еще ряд полетов отечественных первопроходцев космоса, включая групповой полет, запуск исследовательских станций и первый выход человека в космос.

Управляемое ракетное оружие

В 1936 году Королев назначен главным конструктором отдела РНИИ, разрабатывающего ракетные летательные аппараты. Сергей обладал удивительной интуицией, энциклопедическими знаниями и опытом. Впервые им была обоснована концепция ракетного истребителя-перехватчика, достигающего за несколько минут большой высоты, атакующего самолеты, угрожающие защищаемому объекту.

Сергей Королев

Во время испытаний, которые Королев планировал проводить лично, случилась авария, во время которой конструктор получил ранение головы и оказался на больничной койке. После больницы, 27 июня 1938 года его арестовали как участника троцкистской контрреволюционной организации. Королева приговорили к десяти годам и отправили на Колыму.

Арест Сергея Королева | VitebskCity

В связи с арестом маршала Тухачевского и авторов нового оружия, разработки остановились. Исследование ракетоплана, которым занимался Королев, было продолжено, но без его участия построить боевой ракетный самолет не представлялось возможным.

Личная жизнь Сергея Королева

Гений, перешагнувший грань неизведанного, дважды был связан узами Гименея. Первой его избранницей являлась подруга детства Ксения Винцентини, уроженка Кишинева, имевшая итальянские корни, учившаяся вместе с ним в стройпрофшколе. Своенравная красавица долго не проявляла желания узаконить их романтические отношения. Он добивался ее согласия на брак целых 7 лет, ждал, пока она окончит Харьковский мединститут и поработает по распределению на Донбассе в Алчевске. Они поженились в 1931 году во время ее командировки в Москву.

Сергей Королёв и Ксения Винцентини

В 1935 у пары появилась на свет единственная дочь Наталья, ставшая во взрослом возрасте хирургом и доктором наук. Когда муж по ложному обвинению оказался в заключении, Ксении приходилось трудиться на трех работах, чтобы содержать дочь и иметь средства для поддержки супруга. После освобождения мужа на отношениях супругов сказались его постоянные командировки и занятость. В 1949 их брак был расторгнут.

Сергей Королёв и Нина Котенкова

Второй женой ученого была Нина Котенкова, уроженка Ижевска, переводчица техдокументации. Он познакомился с ней в 1947 на собеседовании при ее приеме на службу в НИИ, где Королев работал главным конструктором. После его развода они поженились. Женщина была дочерью коммерческого директора оборонного завода №8 в Подлипках, выпускницей Московского пединститута иностранных языков. Первым мужем ее был авиаконструктор Владимир Ермолаев, скончавшийся в 1944 году от тифа.

Ровно 105 лет назад в Житомире родился первопроходец космонавтики

— Мама вспоминала, что отец объяснился ей в любви и предложил стать его женой, когда обоим было по 17 лет — сразу после окончания школы в Одессе, — рассказала по телефону из Москвы дочь конструктора первой в мире космической ракеты Сергея Королева Наталья. — Мама тогда резонно ответила: «Где и за что мы будем жить? Вначале нужно получить высшее образование». Так что мои родители — Ксения и Сергей — поженились только через восемь лет.

Все это время жили и учились в разных городах, виделись редко. Зато часто писали друг другу. Свадьбу сыграли, когда мама на несколько дней приехала в командировку в Москву. Тут нужно сказать, что она окончила медицинский институт в Харькове и попала по распределению на Донбасс, в город Алчевск. Папа несколько лет был студентом Киевского политехнического института.

Когда в этом вузе закрылось авиационное отделение, перевелся в Московское высшее техническое училище. В Москве ему затем предложили работу по специальности.

*Еще в школе Сергей Королев страстно влюбился в свою одноклассницу Ксению Винцентини. Молодые люди поженились, когда им было по 25 лет

Отец просил невесту переехать к нему, но ее не отпускало руководство алчевской больницы. И вот в августе 1931 года маму направили в командировку в Белокаменную. К тому времени мои бабушка и дедушка — папины мать и отчим — тоже перебрались в Москву. У них Ксения и остановилась.

Гуляя на даче по берегу Москвы-реки, мои родители решили больше не откладывать со свадьбой и на следующий день расписаться. Рано утром отправились в загс у Сретенских ворот. Но вот незадача — требовалось заплатить рубль пошлины, а у отца таких денег не оказалось. Хорошо, что у мамы кошелек был с собой, и им выдали свидетельство о браке. Из загса поехали в Марьину Рощу к моей бабушке.

Оперативно приехали оба ее брата. За столом сидели недолго, ведь уже в три часа дня папе предстояло проводить жену на вокзал — командировка заканчивалась. Только через несколько месяцев отец добился, чтобы супругу отпустили к нему.

Я родилась спустя четыре года после их свадьбы. А когда мне исполнилось три годика, на нашу семью обрушился страшный удар — папу арестовали по надуманному обвинению во вредительстве.

«Во время обыска сотрудник НКВД тайком положил себе в карман малахитовые запонки, которые были подарены моему отцу на свадьбу»

— Понедельник 27 июня 1938 года стал для нашей семьи черным, — говорит доктор медицинских наук профессор Наталья Королева. — Мама в тот день возвращалась с работы (она была врачом в знаменитой Боткинской больнице) около девяти вечера. Возле нашего дома на улице Конюшковской увидела двух мужчин, в которых угадывались сотрудники НКВД. Она испугалась — подумала, что папу уже взяли. Взбежала по лестнице на шестой этаж. Отец, к счастью, был дома. Она рассказала о типах на улице. «Видимо, это за мной», — ответил отец. К тому времени было арестовано руководство ракетного института Ь 3, где он работал, под следствием оказался его ближайший соратник Валентин Глушко.

Не включая свет и не переодеваясь, взявшись за руки, родители просидели до половины двенадцатого. Раздался стук в дверь. Отец спросил: «Кто там?» — «Откройте, НКВД». Вошли трое: двое чекистов и понятой — дворник. В тот роковой день я была на даче с няней Лизой, поэтому узнала подробности от мамы, когда уже стала взрослой. Родителям приказали сесть на диван в большой комнате. Начался обыск. Содержимое ящиков, платяного шкафа полетело на пол. Мама заметила, как один из энкавэдэшников тайком положил себе в карман малахитовые запонки, которые папе подарили на свадьбу. Обыск закончился только около шести утра. Когда отца уводили, он, посмотрев на маму, печально произнес: «Да…Ты пережила эту ночь». Она поняла его слова, когда, оставшись одна и взглянув в зеркало, не узнала себя — до того изможденным, осунувшимся стало лицо! Бросилась звонить свекрови Марии Николаевне, сказала в трубку: «Приезжайте, Сергея больше нет». Моя бабушка решила, что сын покончил жизнь самоубийством. Пока ехала с мужем Григорием Михайловичем на такси к нам на Конюшковскую, твердила про себя: «Может, он только ранен?» Поэтому, услышав об аресте, невольно произнесла: «Слава Богу!»

Родне нужно было срочно решить, что делать дальше. Вечером собрались на совет. Мама рвалась идти в НКВД доказывать невиновность мужа. Но старшие — мои бабушки и дедушки — рассудили иначе: в НКВД, прокуратуру, тюрьму будет ходить Мария Николаевна. Ведь матерей арестованных сажали редко, а жен — часто. Но кто мог дать гарантию, что маму не тронут? А если оба родителя оказывались за решеткой, детей отправляли в приют. Чтобы этого избежать, бабушка по материнской линии София Федоровна занялась оформлением документов для моего удочерения.

— Кроме отца, кого-либо из ваших родственников арестовали?

— К счастью, нет. Вернувшись через шесть лет, отец рассказал, что на следующий после ареста день признался в причастности к троцкистской организации и вредительстве, и это, возможно, спасло остальных членов семьи. На первом допросе он заявил, что не виновен. Его стали избивать. Но у папы характер волевой, поэтому издевательствами следователь ничего не добился. Тогда он предупредил: «Если ты сегодня не подпишешь признание, завтра здесь будет твоя жена». Ради нас с мамой папа поставил подпись.

Во время ареста отца чекисты забрали все деньги, которые были в доме, не оставили даже мамину сберегательную книжку. Поэтому платить моей няне Лизе стало нечем. Когда мама сказала ей об этом, та разрыдалась и заявила: буду работать бесплатно. Этим Лиза очень выручила нас — мама смогла подрабатывать по ночам на скорой помощи. У нее было по 13-15 ночных смен в месяц плюс ежедневная работа днем. Однако денег получала немного. Мы питались в основном дешевыми, так называемыми «микояновскими», котлетами по 10 копеек за штуку. Бывало, мама придет домой и говорит Лизе: «Я в больнице пообедала». А та ей: «А меня дворничиха покормила». В результате все три котлеты доставались мне. Только в день зарплаты мама позволяла лакомства — сладкий батон с изюмом и мороженое.

— В тот день, когда взяли отца, мама пошла к главному врачу своей больницы Борису Шимелиовичу и рассказала о случившемся, — продолжает Наталья Сергеевна. — Он пригласил парторга и председателя месткома. Вместе решили, что мама должна остаться на своей должности врача-ординатора травматологического отделения. Она с глубокой благодарностью вспоминала этих порядочных и отважных людей. Борис Абрамович тогда сказал: «Таков наш век: сегодня ты, завтра — я». Как в воду смотрел — его репрессировали после войны по сфабрикованному делу еврейского антифашистского комитета. В 1938-м маме помог еще один хороший человек — профессор Михаил Фридланд. Он возглавлял кафедру Государственного центрального института усовершенствования врачей, который действовал на базе Боткинской больницы. Михаил Осипович предложил маме стать ассистентом кафедры. Человек на этой должности должен был иметь ученую степень, поэтому мама занялась еще и научной работой, чтобы подготовить и защитить кандидатскую диссертацию. Для этого, опять же по ночам, ставила эксперименты на лягушках и лабораторных мышах. Однако несмотря на солидный опыт проведения хирургических операций, не могла заставить себя убить лягушку. Нанимала санитарку, платила ей из своих заработков.

«Мама постоянно носила в сумке две пары белья — на случай, если ее арестуют на улице»

— Многие знакомые отвернулись от мамы, — вспоминает Наталья Королева. — При встрече переходили на другую сторону улицы. Некоторые коллеги отказывались ассистировать ей у операционного стола. Поэтому особенно ценилось участливое отношение друга отца Юрия Победоносцева. Он жил с семьей в нашем парадном. Если мама не была на дежурстве, приносил вечером угощение и сидел с ней до часа ночи (потом арестовывать не приезжали). Первые месяцы после папиного ареста мама постоянно носила в сумке две пары белья — на случай, если ее заберут на улице. У Юрия Александровича тоже был приготовлен чемоданчик с самым необходимым.

— Ваша бабушка Мария Николаевна сумела помочь своему единственному сыну?

— Она искала толковых адвокатов, выстаивала огромные очереди в Верховный суд СССР, где каждый раз ей вежливо говорили: «Следствие разберется. Если ваш сын невиновен, его отпустят». Бабушка отправила Сталину письмо, в котором рассказала о пути сына в авиацию, начиная с 15-летнего возраста. Написала, как он, создавая реактивную технику, говорил ей в шутку: «Полетим еще с тобой на Луну!»

— Кстати, как получилось, что Сергей Павлович увлекся авиацией?

— Когда ему было четыре года, семья жила в украинском городе Нежине. В 1910 году Сережу повели смотреть на демонстрационные полеты знаменитого летчика начала ХХ века Сергея Уточкина. Папа вспоминал, что поднявшаяся в небо крылатая машина произвела на него сильнейшее впечатление. Родители Сережи Королева расстались, когда он был еще совсем маленьким. Через несколько лет его мама вышла замуж за инженера Михаила Баланина, и они переехали в Одессу. Вместе с мальчишками Сергей все лето проводил на море, любил наблюдать за эскадрильей гидросамолетов, базировавшейся неподалеку. Со временем папа познакомился с механиками и летчиками эскадрильи, его даже брали в полеты — как пассажира. Еще в школе он разработал проект своего первого планера. В Киеве, учась в политехническом институте, начал строить летательные аппараты, стал пилотом. В 1929 году на своем планере «Коктебель» установил в Крыму рекорд по продолжительности парения — больше четырех часов. В студенческие годы папа создал самолет СК-4 (Сергей Королев-4).

*Прочитав в молодости книгу Константина Циолковского о возможности космических полетов, Королев загорелся идеей создания ракет. На снимке он сфотографирован с первым космонавтом Земли Юрием Гагариным

Казалось, что отец посвятит себя авиации. Он стал заместителем главного инженера по летным испытаниям в знаменитом Центральном гидродинамическом институте. Но после прочтения книги Константина Циолковского о возможности полетов в космос загорелся этой идеей. Он специально ездил в Калугу, чтобы встретиться с Циолковским. В Москве познакомился с единомышленниками. После основной работы они собирались по вечерам в обшарпанном подвале, конструировали первую советскую ракету. Пуск состоялся в августе 1933 года. Ракета взмыла в небо на высоту 400 метров. Конечно, денег ее создателям не платили. Бабушка рассказывала, что, когда Сергею недоставало олова для пайки контактов, он выпросил у нее несколько оловянных ложек. Важность работ этих энтузиастов оценил маршал Тухачевский. Он помог создать первый в мире Реактивный институт. Отца назначили заместителем директора. Но отношения с директором не сложились. В конце концов папу понизили в должности — он стал просто инженером. Как оказалось, это спасло ему жизнь, ведь, когда начались репрессии, руководство института расстреляли. А отца приговорили к десяти годам.

В начале октября 1938-го папу отправили в пересыльную тюрьму в Новочеркасск. Он прислал оттуда несколько писем. В одном из них упомянул, что слышал о достижениях знаменитой летчицы Валентины Гризодубовой, и в заключение попросил передать привет дяде Мише.

— Ни среди родственников, ни среди близких знакомых человека с таким именем не было, — продолжает рассказ Наталья Королева. — Мария Николаевна с мамой догадались — речь идет о Герое Советского Союза летчике Михаиле Громове, совершившем со своим экипажем полет через Северный полюс в Америку. На то время это было выдающимся достижением. Отец предлагал обратиться за помощью к Громову и к Гризодубовой, ведь эти известные всей стране люди были знакомы с ним. Бабушка с немалым трудом узнала, что прославленный летчик живет в новом, как сейчас говорят, элитном доме на улице Большой Грузинской. Здание обнесено решетчатым забором. У калитки в будке сидит привратник. Мария Николаевна оделась во все лучшее — любимое платье, лакированные туфли, беличью шубку. Тоном уверенной в себе женщины спросила привратника: «Михаил Михайлович дома? Проводите меня к нему». Уловка сработала. Громов согласился помочь — обратился с письменной просьбой к председателю Верховного суда СССР Ивану Голякову, и в результате дело Королева было пересмотрено. Мама разыскала и Валентину Гризодубову. Летчица тоже написала письмо Ульриху с просьбой помочь моему отцу.

«После пережитого на колымском прииске Мальдяк папа всю жизнь ненавидел золото»

— Но в пересыльной тюрьме в Новочеркасске обо всем этом не знали и отправили папу на Колыму на золотой прииск Мальдяк, — говорит Наталья Сергеевна. — По дороге заключенные придумали выбрасывать через решетку вагона маленькие письма. Их писали огрызком карандаша на узеньких листочках папиросной бумаги, поэтому послания состояли лишь из нескольких слов. Листочки вкладывали в треугольные конверты, сделанные из оберток от махорки, заклеивали хлебным мякишем, указывали адрес. Чтобы письмо было легче заметить, к нему привязывали корку хлеба нитками, выдернутыми из полотенца. Между конвертом и коркой вставляли рубль и записку с просьбой наклеить марку и бросить в почтовый ящик. До мамы дошли несколько таких писем отца.

На прииске папа чудом выжил. Его здоровье сильно пошатнулось — отекали ноги, расшатались и стали выпадать зубы, распух язык. На него взъелся староста — авторитетный уголовник — за то, что отец заступился за какого-то зэка-доходягу. Королева стали лишать пайки. Я ездила на Мальдяк в 1990-е годы. Встретила там пожилую женщину, которая работала врачом лагеря. Даже тогда она рассказывала мне о сталинских временах шепотом. Лекарств не было. Все болезни лечили марганцовкой. Чтобы укрепить пораженные цингой зубы пациентов, медперсонал носил из дома тертую сырую картошку.

Отца спас бывший директор Московского авиационного завода Михаил Усачев. Он тоже получил срок. Когда его доставили на прииск, сумел заставить уголовников уважать себя. В одной из палаток староста показал ему Королева, пояснил, что тот не жилец — даже встать на ноги не в состоянии. Усачев узнал отца, добился, чтобы его перевели в лазарет. А вскоре пришел приказ направить папу в Москву для пересмотра дела. Кстати, с тех пор он буквально возненавидел золото. Состоялся второй суд, который смягчил первоначальный приговор — с десяти до восьми лет лишения свободы.

Примерно в это время другой зэк, ставший впоследствии знаменитым, авиаконструктор Андрей Туполев получил правительственное задание создать новый бомбардировщик. Работа велась в так называемой «шарашке» — институте за колючей проволокой, где трудились невольники. Собирая коллектив, Туполев попросил отдать ему Королева, которого помнил еще студентом. Папа создал конструкцию крыла Ту-2 — одного из лучших бомбардировщиков Великой Отечественной войны. Коллектив справедливо предполагал, что после успешного завершения работы над этим самолетом конструкторов отпустят на волю. Но отец узнал, что в Казани его соратник, тоже зэк, Валентин Глушко занимается самолетом с реактивным двигателем. Написал заявление, и его перевели к Валентину Петровичу заместителем. В Казани отец едва не погиб: во время испытаний машина начала гореть. Летчик кричал, чтобы отец, поднявшийся в небо в качестве инженера-испытателя, прыгал с парашютом. Но Королев хотел разобраться в причинах неполадки и остался. К счастью, пилоту удалось благополучно посадить самолет. Отца и еще нескольких человек досрочно освободили летом 1944 года — почти через год после того, как отпустили группу Туполева.

«Я и все мои дети — Королевы»

— Попасть домой папа смог только осенью 44-го, — вспоминает Наталья Сергеевна. — Тогда мне было девять лет. Я не знала, что отец был в заключении. Вначале мама говорила, что он выполняет важное правительственное задание, а когда началась война — что на фронте. Я сразу его узнала — по фотографиям, обрадованная бросилась звонить на работу бабушке, маме. Всю следующую ночь папа рассказывал им, что пережил за шесть лет заключения. Однако это не озлобило отца. Знаете, он был искренне расстроен, когда в марте 1953 года умер Сталин. Королев дважды встречался с вождем после освобождения. Был удивлен его компетентностью в вопросах ракетной техники.

— Отца тогда реабилитировали?

— Нет. Просто отпустили. Государство реабилитировало его только в 1957 году, перед запуском первого в истории человечества искусственного спутника Земли. Кстати, Нобелевский комитет хотел наградить руководителя этого проекта Нобелевской премией. Но имя Королева было засекречено. Повторную попытку комитет предпринял после полета в космос Юрия Гагарина. Хрущев ответил на обращение из Стокгольма: «Одного человека назвать нельзя, творцом новой техники у нас является весь народ». Имя отца мир узнал после его кончины в январе 1966 года. Но посмертно Нобелевскую премию не присуждают.

— Сразу после победы в 1945-м вы жили с отцом в Германии?

— Да. Папе дали офицерское звание и в составе группы специалистов направили в поверженную Германию разбираться с секретами немецкой ракеты ФАУ-2 конструктора Вернера фон Брауна. Мы прожили все лето с отцом, но осенью мама решила возвратиться со мной в Москву. Она была в это время беременна. Папа очень хотел этого ребенка, но мама решила не рожать.

— Уже тогда между родителями возник разлад?

— Возможно. Когда папа вернулся из Германии, они с мамой жили в квартире на Конюшковской, а я — то у одних бабушки и дедушки, то у других. Мечтала: закончу школу и переселюсь к родителям. И вдруг как гром среди ясного неба — отец подал на развод. Родня находилась в шоке. Мне было 14 лет, когда брак расторгли. Папа переехал к своей новой жене Нине Ивановне (ей тогда исполнилось 27, Королеву — 43 года. — Авт.). Детей у них не было. Так что я единственная дочь Королева. Мама поставила условие: я могу видеться с отцом, но без его супруги. Это условие было сложно выполнить, ведь Нина Ивановна все время находилась рядом с папой. Наши встречи на даче оборачивались тем, что я ужасно расстраивалась, плакала. Конечно, очень обижалась на отца.

После школы я поступила в медицинский, папа был загружен космическими делами, поэтому общались редко. Когда вышла замуж, стала чаще видеться с отцом. Ездила к нему в гости вначале сама, потом вместе с мужем, сыном. Отец ушел из жизни из-за неудачно проведенной операции, когда внуку было три года. Папа носил в кармане пиджака две копеечные монеты — на счастье. Когда он поехал в больницу ложиться на операцию, «счастливых» монеток в кармане не оказалось… (Вмешательство по удалению полипа, которое выполнял министр здравоохранения Борис Петровский, не казалось хирургам трудным. Но возникли серьезные осложнения, справиться с которыми врачи не смогли. — Авт.)

*На этой фотографии, сделанной в 2000 году, Наталья Королева запечатлена со своими тремя детьми Андреем (слева), Сергеем и Марией

— У меня два сына и дочь, — продолжает Наталья Королева. — Второго сына я назвала в честь моего отца Сергеем. Я и все мои дети — Королевы. У меня уже пятеро внуков. Одну из внучек зовут так же, как меня, — Натальей Сергеевной. Ей 24 года, она пошла по моим стопам. Другую внучку — ей тоже 24 — назвали в часть моей мамы, Ксенией. Внук получил имя Павел (сейчас ему 15 лет) с тем расчетом, что если у него родится сын, то он, как и прадед, будет Сергеем Павловичем Королевым. Я 40 лет проработала у операционного стола — торакальный хирург. Защитила докторскую, профессор, лауреат Государственной премии СССР. Сейчас преподаю в Первом московском медицинском институте. Веду активный образ жизни. На Новый год ездила кататься на лыжах во Францию в Альпы. Участвую во многих торжественных мероприятиях. Минувшим летом, например, была на открытии памятника Юрию Гагарину в Лондоне на Трафальгарской площади. В этой церемонии участвовал принц Майкл.

Фото из книги Натальи Королевой «С.П. Королев. Отец»

Смерть

Творческий полет мыслей одного из величайших умов ХХ века оборвала в 1966 году преждевременная кончина. Лагерные испытания и невероятные нагрузки на работе подточили его здоровье. Врачи настаивали на проведении хирургической операции по удалению полипов, и он согласился. Но во время ее проведения возник ряд осложнений. Сердце ученого не выдержало и остановилось. Урна с его прахом покоится у Кремлевской стены.

Похороны Сергея Королёва